О рынках 

(продолжение) 

Я любил рынки с детства. Уж не помню, с какого возраста ходил с бабушкой на Мальцевский рынок - он был минутах в 10 ходьбы от дома. На этот рынок ходила еще в детстве и моя мама. Она рассказывала мне, что в воскресенье бабушка Женя отправляла на Мальцевский моего деда Сергея, и он брал маму с собой. В овощах-фруктах он не разбирался, поэтому, чтобы не промахнуться, обходил торговые ряды, приценивался и в итоге покупал самое дорогое, полагая, что качество должно соответствовать цене.  

В советское время Мальцевский рынок переименовали в Некрасовский. Назвать рынок именем поэта - это одно из проявлений советского абсурда. Но дома у нас всегда говорили “Мальцевский”. В постсоветское время рынку вернули исконное имя. Во времена моего детства рынок выглядел снаружи вот так: 

Позади построек были открытые торговые ряды, под навесами.  Все казалось ярким и красивым. И почему-то всегда было лето, зимнего рынка не помню совершенно. Из того, что бабушка покупала, мне запомнились, конечно, раки. Их продавали живыми, они лежали на прилавках, которые были выложены влажным мхом, и шевелили клешнями. Бабушка покупала пару штук, придя домой, я выпускал их в таз и совал палец в их клешни. Рак хватал за палец; это было довольно больно, но почему-то ужасно интересно. Потом бабушка раков варила, и мне их было очень жалко... И еще почему-то помню пучки зелени, которые были перевязаны нитками; к зелени был обязательно примотан плоский кусок чего-то белого, я уже потом понял, что это был корень сельдерея или петрушки. Прямо вижу эти пучки. 

Потом, в пятидесятые, рынок закрыли на реконструкцию и построили удобное, но безликое, как все советские постройки того периода, здание. 

Таких зданий в нашем районе построили много. Самое заметное - концертный зал “Октябрьский” неподалеку от Мальцевского - унылая бетонная коробка. А построили его на месте замечательной Греческой церкви, на поросших травой ступеньках которой (церковь после войны стояла полуразрушенная и заброшенная) я любил играть, когда был маленький, мы с бабушкой часто приходили тогда гулять. 

И еще очень обидно было смотреть на уродливое здание, которое воткнули на площади Пролетарской Диктатуры на месте кирпичного дома, в котором располагался замечательный гастроном “на стрелке” (хотя трамвайной стрелки на площади давно не было, название сохранилось).  

Это уродство воткнули напротив вот этого:  

Продолжалась реконструкция рынка долго - с 1954 до 1960. Когда она закончилась, я был уже большой, учился в вечерней школе, работал, так что мне было не до хождения на рынок. А потом мы и вовсе уехали с Таврической, на Орбели, и там был “свой”, Светлановский рынок. На Мальцевском я стал часто бывать уже много позже. По выходным приезжал к родителям на Таврическую, и мы шли на рынок с мамой. Ей было уже тяжело тащить самой все покупки. Хотя ходила она по-прежнему быстро, только иногда останавливалась, начинала задыхаться... Это бывало наоборот в основном зимой - с весны до поздней осени родители жили в Комарово. А потом мама на рынок уже ходить не могла, а потом ее не стало, так что последние годы жизни в России я на Мальцевском не бывал.