Как я оказался в вечерней школе (с отступлениями)

(послесловие — окончание)

Если бы я не пошел в вечернюю школу, то у меня не было бы моих друзей, не было бы той институтской компании, которая была для меня в буквальном смысле лучом света в темном царстве. Я приходил на коммуналку на Большой Московской, где жили Роличи, и отдыхал душой, мне было там хорошо и спокойно. Я был среди своих.

Конечно, поступи я в институт годом позже, тоже появились бы друзья. Но не эти. И других я не хочу.

А вторая моя любовь просто не состоялась бы. Моя вторая любовь была моей однокурсницей (правда, недолго, ее довольно быстро отчислили за неуспешность), а после отчисления в итоге попала в эту самую институтскую компанию, тогда все это и началось.

Но, главное, не состоялась бы и моя третья и последняя любовь. Ведь случилась она исключительно благодаря Лене Гутману. В случайную встречу, как в фильме "Осторожно двери закрываются", верить сложно. Наверно, кого-то встретил бы, женился бы. Это все из области предположений. Но я не верю, что так в жизни может повезти дважды, пусть и в разных версиях действительности.

Так что в итоге следует признать, что решение пойти в вечернюю школу оказалось абсолютно правильным. Во всяком случае, если иметь в виду бОльшую часть моей жизни — с 26 лет до текущего момента.

А в технический ВУЗ я бы скорее всего и после одиннадцатилетки пошел, в смысле неудачного выбора специальности ничего бы не изменилось. А вот стал ли бы я переводчиком без Ады — не знаю. Попал-то я в переводчики с ее подачи — ее коллега по училищу рассказала Аде о том, что ее родственница занимается переводами в очень хорошем месте, а Ада тут же рассказала об этом мне. И меня сразу туда взяли. До этого-то я пытался устроиться самостоятельно в другое место, но неудачно. Может, повторил бы попытку и повезло бы. Это из области предположений. А факт — что благодаря Аде не просто прожил хорошую жизнь (и, кстати, жив до сих пор), но и занимался 25 лет работой, которая доставляла мне радость.

Так что, повторяю, в конечном итоге я все сделал правильно. Хотя до 72 года у меня были в этом большие сомнения.