Сегодня очень хороший день.
С утра по радио передали, что улажены конфликт, вызванные невыполнением Хамасом условий перемирия.
Хамас, вопреки договоренности, не освободил Арбель Йегуд и не представил данные о числе живых заложников среди тех 33, которые должны быть освобождены на первом этапе сделки. В ответ Израиль отменил разрешение на возвращение арабов в северный район Газы - и это подействовало. Арбель Йегуд и еще двое заложников будут освобождены "вне графика" в четверг - в дополнение к тем, кто будет освобожден в субботу "по расписанию". И данные о живых заложниках были переданы Израилю. Живы 25 человек из 33, освобождаемых на первом этапе. Честно говоря, мы ожидали худшего, хотя утверждается, что это точно соответствует тем данным, которыми и без того располагала израильская разведка. Но данные не публиковались.
А кроме того, сегодня же 27 января - День снятия блокады и именины моей мамы. Я уже писал, что этот день всегда отмечался в нашей семье. Теперь, когда никого из блокадников в нашей семье не осталось в живых, мы с Адой отметим этот день в Израиле. Интересно, сколько еще осталось людей, для которых этот день остается праздником. Блокадников уже нет, даже тех, кто пережил блокаду ребенком, осталось думаю, совсем немного. Да и таких как я, родившихся сразу после войны, тоже, думаю, немного осталось.
Когда 27 января 1944 года объявили о снятии блокады, до конца войны оставалось больше года. Но для ленинградцев это был невероятно важный день. Я не знаю никого, кто был в это время в Ленинграде, все мои родные. дожившие до этого дня, были в эвакуации. Так что не могу судить, чем стал этот день для тех, кто всю блокаду оставался в городе. А для эвакуированных это означало возможность вернуться домой.
Я не знаю точно, когда мои бабушки, дед и родители вернулись в Ленинград. Думаю, что летом 44, после окончания учебного года. Родители после этого смогли зажить нормальной семейной жизнью, ведь после того, как они поженились в Кирове (Вятке), мама уехала обратно в Саратов, где училась в эвакуации. И после возвращения они прожили вместе 60 лет.
Прожили по-разному, всякое было.
Но последние слова отца, которые я слышал от него накануне его смерти, были о маме...
Володя, привет.
ОтветитьУдалитьУ меня всю блокаду пробыли в городе отец (в армии, начальник радиостанции) и бабушка с дедушкой (медики в медпункте Варшавского вокзала). Разговоров и переживаний по поводу Блокады я наслушался вдосталь.
И всегда у нас в семье отношение к этому было сверх-серьёзное.
Но знаешь, после того. что наши вояки сделали с Мариуполем и другими украинскими городами, стерев их в пыль, я для себя считаю недопустимым культивировать воспоминания о Блокаде.
Та война для меня закончилась - раз и навсегда. Слава богу, что старики мои до этого не дожили - они бы рехнулись.
Привет, Матвей.
УдалитьНе знаю, может, если бы я жил в России, чувствовал бы себя так же. А здесь, наверно, не так чувствуется, во всяком случае, 27 января и 9 мая мы отмечаем без всякого душевного дискомфорта. Правда, больше вспоминаю при этом дом, как отмечали с родителями, как ездили 9 мая с отцом на встречу с его однокурсниками (а потом уже Женя ездила, а мы с Адой и мамой дома их ждали), как приезжали к родителям 27 января. Этого уж никакой Путин не отнимет.
Мне нечего тебе возразить, ты конечно прав.
УдалитьНовое беспримерное злодейство не должно обесценивать ту трагедию.
Но я тебе честно сказал, как чувствую.
Я же говорю, не знаю, как воспринимал бы все это, живя в России. Здесь воспринимается по-другому...
Удалить