Сегодня годовщина свадьбы моих близких друзей, Юры и Лиды. 58-ая годовщина, они поженились в 68 году. Я бы на их свадьбе свидетелем.
А в конце 68 года, когда мы все писали друг другу шуточные стихи, чтобы этот Новый год не стал просто очередной пьянкой, Юра написал мне "Бородой душа твоя укутана". Я уже писал об этом.
А сейчас хочу вспомнить, как я отрастил бороду. Это было в том самом 68 году, после окончания института и выхода на работу по распределению. Работал я в цеху, и моя борода привлекла к себе общее внимание, очень многие спрашивали меня, зачем мне борода, я как-то отшучивался. Поскольку спрашивали вполне дружелюбно.
А в 1969 году я бороду сбрил - на короткое время, сбрил, чтобы вспомнить, как выглядел без бороды, и тут же снова запустил. Так на работе многие спрашивали на этот раз, почему я сбрил бороду...
Но на работе - это ладно. Борода в 1968 году была на улицах советских городов делом необычным, так что ко мне прямо на улице подходили незнакомые люди и с металлом в голосе, с явным возмущением, спрашивали, почему это я хожу с бородой. Я поначалу отвечал, что в бороде нет ничего предосудительного, что вот Ленин тоже с бородой ходил. Но этот ответ противников бороды не удовлетворял, они в ответ (практически все, а было их не так уж мало) говорили, что тогда было совсем другое время, тогда это было нормально, а теперь это нельзя рассматривать иначе, как некий вызов общественному мнению. Тогда я изменил форму ответа, и стал отвечать, что я провожу некий эксперимент (в то время слова социология" мы не знали), что моя борода - это тест на выявление дураков, задающих такие вопросы. И надо сказать, что этот ответ оказался вполне успешным. Желающих продолжать беседу после этого не было. Тем более, что вопросы подобные задавали в основном представители старшего поколения, которые не готовы были вступить в драку за "дурака".
Только теперь подумал, что мне тогда и в голову не пришло ссылаться не на Ленина, а на современника - Фиделя Кастро. Может потому, что мода на Кубу уже отошла, самая мода была еще при Хрущеве, а к мода отошла, и даже появился народный вариант ранее популярной песни "Куба, любовь моя":
"что моя борода - это тест на выявление дураков, задающих такие вопросы. "
ОтветитьУдалить"Желающих продолжать беседу после этого не было."
Здравствуй, Володя.
И все-таки, думаю, что тебе повезло, что желающих вступать в беседу не было. Ведь и среди представителей старшего поколения встречаются разные особи. Так что ты очень рисковал и мог остаться без бороды. Ну да ладно, все это дела давно минувших дней.
А я вчера поздравляла свою школьную подругу с днем рождения. Обменяшись с ней "бюллетенями" о состоянии здоровья, пришли к выводу, что теперь "день рождения грустный праздник", но никуда спешить все же не стоит.
А годовщина свадьбы, мне кажется, совсем другое дело. Если без пафоса, ведь это надо суметь прожить вместе столько лет и не надоесть друг другу. Кстати, вот эта моя подруга с мужем отмечали в феврале этого года 66-ую годовщину совместной жизни. Так что твоим друзьям да и вам с Адой есть куда ещё "расти", чего я и твоим друзьям, и тебе с Адой желаю от души.
Добрый вечер, Ира.
УдалитьНу, риск если и был, то минимальный. Скажем, Лене Гутману во всякого рода конфликтах в общественном транспорте не раз рекомендовали отправляться в Израиль. И Аде. И Саше Краинскому, моему однокурснику. Так у Лени был рост 152, Сашка был повыше, но не сильно, и щуплый. А Ада вообще женщинпа. А я не геркулес, конечно был, но все-таки достаточно крупный. И мне такого не говорили никогда. Так что, конечно, люди ваякие бывают, но все-таки люди, которые цепляются к незнакомцам по поводу бороды, как мне кажется, чаще всего понимают, где чего можно, а где нельзя.
Добрый вечер, Ира.
УдалитьНу, риск если и был, то минимальный. Скажем, Лене Гутману во всякого рода конфликтах в общественном транспорте не раз рекомендовали отправляться в Израиль. И Аде. И Саше Краинскому, моему однокурснику. Так у Лени был рост 152, Сашка был повыше, но не сильно, и щуплый. А Ада вообще женщинпа. А я не геркулес, конечно был, но все-таки достаточно крупный. И мне такого не говорили никогда. Так что, конечно, люди ваякие бывают, но все-таки люди, которые цепляются к незнакомцам по поводу бороды, как мне кажется, чаще всего понимают, где чего можно, а где нельзя.
Володя, а Хемингуэя Вы забыли? Мне кажется, именно в шестидесятые он был бешено популярен в СССР. Правда, скорее, у интеллектуальной публики, которая зачитывалась его книгами, но и у простого люда, я думаю, его имя было на слуху. Мне даже помнится, что знаменитый портрет Хемингуэя с бородой в свитере крупной вязки одно время висел у вас над кроватью.😎
ОтветитьУдалитьЗдравствуйте, Лена.
УдалитьЯ не думаю, что Хемингуэй мог быть авторитетом для людей, которые на улице у незнакомого человека спрашивали, зачем он бороду отрастил. Ленин, Кастро - возможно. Но никак не Хемингуэй. Да эти люди, скорее всего и фотографию эту не видели...
А эта фотография у меня действительно была в СССР и в России, но она не над кроватью висела, а была вставлена между стеклами бюро. Я сейчас вывешу в сообщении (в комментах помещать фото не получается) фотографию моего кабинета к моменту отъезда, когда я фотографировал нашу квартиру на Орбели. Правда, фотографии Хемингуэя там не видно, но она была...
Володя, но ведь отращивая бороду, Вы и в самом деле подражали Хемингуэю? Ну признайтесь в этом себе хотя бы сейчас. А свитера не носили? И какие взаимоотношения у вас в те далекие времена были с трубкой? Не попыхивали случайно, нет?😎🧔🏻♂️
ОтветитьУдалитьК тому времени, как я отрастил бороду (1968 год), Хемингуэй для меня уже никак не мог быть объектом для подражания. Я и мои друзья в ту пору уже "заболели" Фолкнером. Так что резонно было бы усы отрастить... Аксенов написал про этот период "По Москве бродило чье-то выражение, звучавшее примерно так: „Хвост мула у Фолкнера дороже всех взорванных мостов Хемингуэя“. И в Ленинграде было примерно то же самое, несмотря на нелюбовь ленинградцев к Москве. Хотя фотография по старой памяти и оставалась.
УдалитьА трубку я в годы, когда восхищался Хемингуэем, не курил, сперва вообще не курил, а потом курил исключительно сигареты, курить трубку я попробовал значительно позже, и без всякой связи с Фолкнером, который ведь тоже трубку курил. Но мне трубка не понравилась.
Володя, люди подражают своим кумирам вовсе не потому, что те - великие писатели (актеры, поэты, художники, политики и т.д. и т. п.) Они подражают личности. Героической и романтической, как у Хемингуэя. Подражают внешности, привычкам, иногда поступкам этой личности, а ее писательский талант - лишь ступень к вершине славы, когда о личности узнают миллионы. А дальше уже работает биография личности. Ну вот назовите мне хотя бы одного человека, который подражал Фолкнеру внешне. Ведь нет таких, верно, даже среди интеллектуалов, каким бы великим писателем он ни был. Как и Достоевскому, и даже Пушкину. Ничего особо романтического и героического в их образе нет, в этом все дело.
УдалитьНо так или иначе, Хемингуэю в 1968 году я не подражал. Да и как романтического героя никогда себе его не представлял. Двухтомник черный вышел в 1959 году, но я его читал и раньше, у отца была вишневая книжка издания 1939 года. "Пятая колонны и первые 39 рассказов". И до тех пор, пока не появился Фолкнер, я Хемингуэя ценил очень высоко, а "Фиеста" была одним из любимых моих романов. Но после того, как начали издавать Фолкнера, к Хемингуэю я поостыл, хотя и не до такой степени, о какой Аксенов пишет. После появления Фолкнеровской трилогии (1964-1966) Хемингуэй отошел для меня на второй план, так что подражать ему мне бы просто в голову не пришло. Я сейчас, честно говоря, и не помню, чем руководствовался, когда стал бороду отращивать...
Удалить