"Сирано де Бержерак" и другие книжки

Тогда же, в Архангельске, отец прочитал мне сцену из первого акта "Сирано" — столкновение и поединок с де Вальвером в театре. Я в ту пору уже одолел с большим энтузиазмом "Трех мушкетеров" (книжка была толстая, расставаться с ней я не хотел, родители просто отбирали у меня книгу, а я канючил, чтобы разрешили прочитать еще хоть 50 страниц), и дуэль с "Посылкой" меня привела в полный восторг. Я тут же взял увесистый том Щепкиной-Куперник ("Сирано" был в ее переводе) и залпом прочитал пьесу. Понравилось страшно. Причем я начисто не помню, что еще было в этом томе, все остальное у Щепкиной-Куперник меня, видимо, совершенно не впечатлило. А эту пьесу в ее переводе я полюбил на всю жизнь. А вот с постановками пьесы не сложилось. Наверно, трудно в наше время (под нашим временем я понимаю свое время, то есть начиная со второй половины 20 века) не так-то просто ставить пьесу в стихах, чтобы это было естественно. Товстоногов поставил "Горе от ума", но Товстоногов был великий режиссер. А те две театральные постановки "Сирано", которые я видел, мне просто совершенно не запомнились. Первая — в ленинградском театре Ленинского Комсомола с Петром Гориным в заглавной роли. Сейчас посмотрел — спектакль в этой редакции был возобновлен в 1964 году, примерно тогда я его и смотрел. Многие спектакли, которые смотрел в ту пору, так и стоят перед глазами — в том числе, конечно, "Горе от ума". А "Сирано" в нашем Ленкоме не помню начисто. А второй раз "Сирано" смотрели с Адой сравнительно недавно (сравнительно с 64 годом, понятно) в Вахтанговском с Максимом Сухановым. Суханова мы узнали и зауважали после "Страны глухих" и полюбили после "24 часов". Так что шли на этот спектакль с верой и надеждой. И — ничего. Не помню начисто. Можно было бы подумать, что это провал в памяти, но Ада тоже ничего не помнит. И Суханова мы оба не помним в этой роли. Хотя другие спектакли (скажем, "Поминальную молитву" с Тевье — Леоновым в московском Ленкоме, которую смотрели примерно в ту же пору, помним очень хорошо). "Сирано" и в кино ставили. В 1989 в СССР, с Гладием. Гладий мне понравился очень, а вот Кабо-Роксана бесцветная. И пьеса невероятно урезана — меньше полутора часов идет, так что пропущены прекрасные сцены. И чтобы зрителю, видимо, было повеселее, герои говорят в основном прозой.

У Ростана в финальной сцене есть, на мой взгляд, гениальная психологическая деталь. Когда Сирано читает Роксане последнее письмо Кристиана, она вроде как узнает голос, тот самый голос. Но, видимо, ей трудно в это поверить (это понятно, столько лет провести рядом с человеком — и не догадываться, что он так тебя любит) и она проверяет себя. Заходит за спину Сирано и понимает, что уже настолько темно, что читать с листа невозможно, можно только наизусть. И только тогда ей все становится окончательно ясно. А в фильме этого совершенно нет, хотя Роксана, выполняя авторскую ремарку "Пораженная, приближается тихонько, незаметно для Сирано, проходит за его креслом, бесшумно наклоняется, смотрит на письмо", и заходит за спину Сирано — только непонятно, зачем, поскольку следующая ремарка "Мрак сгущается" не выполнена, свет на экране не меняется на протяжении всей сцены, так что слова Роксаны "Как вы читаете? Теперь совсем темно!" оказываются лишенными всякого смысла. Но Гладий хорош, фильм стоит посмотреть хотя бы ради него. Ум, ирония, страдание - все это он играет чуть ли не одними глазами. Жалко, что ничего больше с ним не видел, кроме маленьких ролей, которые не запомнились (скажем, в фильме "В бой идут одни старики").

Примерно в ту же пору появилась французская экранизация с Депардье, но я этот фильм не смотрел. Депардье, наверно, хороший актер, но я его с первых фильмов, в которых увидел, очень не люблю. Он мне как-то физически неприятен. Так что не хотелось портить впечатление от пьесы, глядя на отвратительного мне Сирано-Депардье.

(продолжение следует)