Это же надо, приехать в Израиль — и там узнать подробности о реформе русской орфографии, которую осуществили большевики в 1918 году.
Столько приходилось слышать проклятий от тех, кто эмигрировал в эмиграции после октябрьского переворота, по поводу этой большевистской реформы, проклятий в адрес большевиков, испоганивших русский язык.
Наиболее известно, наверно, высказывание по этому поводу Ивана Бунина: "По приказу самого Архангела Михаила никогда не приму большевистского правописания. Уж хотя бы по одному тому, что никогда человеческая рука не писала ничего подобного тому, что пишется теперь по этому правописанию".
Но, сколь бы ни велики были прегрешения и преступления большевиков в целом, в данном конкретном случае они, как я узнал всего лишь осуществили на практике то, что было задумано совсем другими людьми. Теперь-то я знаю, что об этом написано в Википедии, но узнал об этой истории только сегодня из радиопередачи Радио Кан РЭКА о русском языке.
Реформа оказывается была задумана задолго до катастрофы. О предстоящей реформе объявила в 1904 году Орфографическая подкомиссия при Императорской академии наук России и работы по подготовке реформы и ее реализации были проведены до свержения царизма. Руководил подкомиссией великий русский филолог Шахматов, никакого отношения к большевизму не имевший, а в состав ее входил другой видный филолог — Соболевский, который не был большевиком до такой степени, что был просто черносотенцем. И, полагаю, в составе Орфографической подкомиссии не было евреев, так что они тут совершенно ни при чем. И постановление о проведении реформы было принято еще Временным правительством в мае 17 года. Большевики лишь внедрили эту реформу, избавив русский язык от трех букв ("ять", "фита" и "и десятеричное"), твердого знака в конце существительных мужского рода, а также осуществив некоторые не столь революционные преобразования.
Большевики уже вполне самостоятельно подготовили и провели реформу орфографии в 1959 году, но там были не слишком значительные изменения правописания, и мне не приходилось слышать, чтобы самые отъявленные пуристы осуждали эту реформу.
Какие-то диковатые изменения правил правописания планировались при Хрущеве, я помню, как он высказывался по этому поводу, предлагая писать так, как слышится (оттуда, видно и пошло акцентированное "ЗаЕц" в "Ну, погоди". Но после снятия Хрущева и осуждения волюнтаризма эту реформу, слава богу, забыли.
А реформа 18 года принесла и практическую пользу. Отмена твердого знака в конце существительных мужского рода привела к экономии бумаги и типографской краски.



